Сгодится «черновик»: вместо авторов издательства ищут «новые форматы»

Литература

Сгодится «черновик»: вместо авторов издательства ищут «новые форматы»
19 Декабря 2019, 13:45

В начале декабря в Москве закончила работу одна из самых популярных книжных выставок России — Non/fiction. Столкнувшийся с цифровой революцией и трансформацией сознания книжный рынок пытается измыслить все новые форматы, которые пользовались бы спросом. Магазин электронных книг ЛитРес провел дискуссию о якобы новом для России формате — черновике. Он подразумевает, что авторы размещают в Сети новые неопубликованные главы из книги. Читатель же следит за этим «сериалом» в прямом эфире и даже может повлиять на сюжет. Хотя, конечно, в этом «новом» формате легко можно увидеть позапрошлый век и романы русских классиков, которые печатались по главам в толстых литературных журналах. Сможет ли современный автор выдать на-гора сопоставимый по качеству продукт, «Культуромания» пыталась выяснить у участников соответствующей дискуссии.

Коммьюнити-менеджер проектов ЛитРес «Самиздат» и «Чтец» Полина Воронина объяснила «Культуромании», что это за формат черновик, и как платформа ЛитРес работает с ним.

— Это сериальный формат, автор выбирает сам, как часто выкладывать книгу, хоть раз в три недели, хоть раз в три дня. У ЛитРес есть ограничение — если автор не пишет полгода, то мы прекращаем с ним сотрудничество. Платим мы, на наш взгляд, щедро: 70% роялти от прибыли, которая берется от платы за подписку. Стоит она, положим, 150 руб, и сколько автор будет выкладывать текст, столько читатель сможет с ним работать, — говорит собеседница.

Руководитель отдела маркетинга ЛитРес Ирина Мамонтова уточнила, что ЛитРес запустил проект «Черновик» полгода назад.

— Мы с апреля запустили «черновик». Этот формат пользуется спросом у любителей фантастики, поклонники детективов тоже проявляют к нему интерес. Самый активный и самый любимый наш автор, который работает в черновике — Андрей Васильев. Он выкладывает уже пятую книгу с весны, — говорит Мамонтова.

По мнению писателя-фантаста Андрея Васильева, формат востребован, потому что наступило будущее, где автор и читатель «встали лицом друг к другу».

— Если раньше автор писал книгу, то она издавалась через несколько месяцев, потом ждали полгода, пока ее раскупят, еще год требовался на создание второго тома. Сейчас же автор и читатель встали лицом друг к другу. Автор пустил читателя прямо на кухню, где готовится блюдо, — рассказывает фантаст. — А вообще мои читатели делятся на два лагеря. Одни читают черновик и после каждой новой главы проклинают меня, потому что непонятно, что дальше. Другие — ждут официальной публикации. Так вот первые пишут, что очень интересно читать книгу в черновике, а затем сравнивать с окончательным вариантом.

Ирина Мамонтова в беседе с «Культуроманией» отметила, что у черновика очень хороший коммерческий потенциал, потому что он дает возможность автору «изменить книгу до того, как она вышла в печать».

— Выкладывая книгу по главам в Сети, например, на нашей платформе, писатель получает от читателей обратную связь и может оценить, какие повороты сюжета зайдут хорошо или не вызовут интереса. За счет этого на выходе книга получается гораздо более коммерчески успешной. Да и роялти от черновиков гораздо выше, чем от продажи книги. Авторы начинают зарабатывать еще до публикации произведения.

Автор исторических детективов Валерий Введенский пока не пользуется таким форматом, но с интересом и, пожалуй, с долей скепсиса его изучает.

— Вопрос еще в том, какая цель ставится автором, в формате черновика каждая глава должна заканчиваться как сериал, побуждать читателя ждать следующего текста. Но это отрицательно влияет на качество самой книги, — сообщил «Культуромании свое мнение г-н Введенский. — В то же время я с интересом изучаю этот формат, вполне возможно, что когда-нибудь им воспользуюсь.

Да и насчет влияния читателей на сюжет все-таки не стоит обольщаться. Предлагать-то они предлагают, но авторы практически никогда не соглашаются вносить изменения. Например, так делает Андрей Васильев.

— Читатели мне предлагают каждый день что-то поменять, но я практически никогда не соглашаюсь. Единственное исключение — один цикл я хотел закончить, а читатели меня убеждали и убедили, что не нужно этого делать. Все-таки на авторский замысел читатель не может влиять. Если писать книгу с ходу, учитывая мнения подписчиков, то это получается коллективное творчество. Были эксперименты на разных площадках, когда автор разрешал читателям выбирать сюжет. Но мне кажется, это заигрывание с читателем, а не создание произведения, — рассказал «Культуромании» г-н Васильев.

Писатель-фантаст Вадим Панов также убеждал «Культуроманию» в огромном потенциале такой формы работы с текстом.

— У черновика — огромный потенциал. Это современный формат — выкладывание книг в черновом варианте с продолжением. Появился он достаточно давно и не у нас. Знаю, что в Китае у писателей по 5-10 млн подписчиков. Но, на мой взгляд, не каждую книгу можно выложить в таком формате. Например, у меня вышли две новые книги в серии «Аркада», я сразу решил, что не буду выкладывать их по частям, — рассказывает Панов. — Черновик — разновидность жанровой литературы, которая предъявляет к тексту определенные требования. Нужно, чтобы читатель все время был погружен в историю, чтобы ему интересно было то, что произойдет дальше. Неделя, которая проходит между выкладкой разных частей, заводит читателя. Но есть книги, которые надо читать целиком. Ты в нее погрузился, тебе не надо делать паузу в неделю. Если тебе надо ее обдумать, ты ее откладываешь и через два дня к ней возвращаешься.Ты должен сам оперировать временем чтения. Поэтому и бумажная книга не исчезнет. Это совсем другой тип чтения даже по сравнению с электронной книгой.

Вадим Панов уверен, что бумажная книга никуда не уйдет. А проблемы со значительным сокращением тиражей — лишь свидетельство кризиса в России.

— В цивилизованных странах стоимость книги печатной сопоставима со стоимостью электронной, а наказание за скачивание пиратского контента несопоставимо с российским. У нас очень либеральные законы и очень недорогие книги. Из-за этого мы обрушили целую индустрию.В начале нулевых годов наша страна была одной из небольшого количества стран, читающих собственную литературу. Как это делала Бразилия, Индия, Китай. Затем все обрушилось, литература сейчас в большинстве переводная, — рассказывает писатель.

По словам г-на Панова, мы вступаем в «германский» период, когда после Второй мировой войны Германии практически запретили иметь собственную литературу. Писатель полагает, что Россия тоже проигравшая страна, поэтому у нее сейчас существуют проблемы  с отечественной литературой.

— Такого сокращения печатных книг нет нигде в  мире. Я говорю это со знанием дела, поскольку езжу по книжным выставкам по всему свету. Недавно был в Турции, меня потрясло то, что люди читают бумажные книги. Сейчас мы на Non/fiction — это самая популярная московская книжная выставка, но в Турции народу на подобном мероприятии было несравнимо больше, приходят и покупают бумажные книги.

С ним согласен писатель Васильев. Он считает, что рынок бумажных книг упал — факт, который не нужно доказывать. Это видно по сокращающимся тиражам.

— С моей точки зрения, рынок возвращается к ситуации начала XX века, когда книги были хорошо и дорого сделаны, в хороших обложках, с огромным количеством иллюстраций. И стоили они очень дорого. А еще были пятикопеечные книжки про Ната Пинкертона и Антона Кречета. То, что называется покетбуки: на дешевой бумаге, в мягкой обложке. Думаю, что придем к тому же. Книга станет предметом для коллекционирования, но сама по себе бумажная книга никуда не денется, — делится с «Культуроманией г-н Васильев. — Что касается, черновика, то идея витала в воздухе, да и сайты существовали с похожими опциями. Но это была кустарщина. Сейчас это поставилось на хорошие потоковые рельсы в ЛитРесе. За этим форматом черновика прямо будущее-будущее, потому что мы возвращемся к жанру романа-фельетона, который был популярен в XIX - XX веках. Только раньше тексты печатались в газетах, а сейчас — в интернете..

Елена Сердечнова

Подпишитесь на наш телеграм-канал, чтобы всегда быть в самом центре культурной жизни