Филипп Абрютин, режиссер и продюсер фильма «Команда мечты»: «У нас колоссальный дефицит семейного кино»

Кино-театр

Филипп Абрютин, режиссер и продюсер фильма «Команда мечты»: «У нас колоссальный дефицит семейного кино»
2 Сентября 2019, 09:49

В прокат вышел на днях фильм Филиппа Абрютина «Команда мечты» – история спортивного комментатора Степана Вершинина, который немного погорячился в прямом эфире, после чего ему пришлось переквалифицироваться в развозчика пиццы. Впрочем, это не единственная сюжетная линия в фильме: сыну Степана Вершинина, восьмилетнему Степке, очень нужно победить в ближайших соревнованиях по самбо, а двум старшеклассникам, Артуру и Кате, выиграть Чемпионат по конному спорту.


– Филипп, сразу после премьеры я случайно подслушала разговор двух зрителей довольно солидного возраста: они говорили о том, что ваша «Команда мечты» очень похожа на советские фильмы. Причем похожа именно благодаря своему позитивному настроению, оптимизму, желанием транслировать «разумное-доброе-вечное» и так далее. Насколько такое восприятие соответствует Вашей задумке?

– Ого, это очень высокая оценка для нас. Когда зрители старшего поколения, посмотрев твой фильм, ставят его вровень с советским кино, это всегда очень приятно. К тому же, когда мы продумывали сценарий, подбирали актеров и работали над стилистикой, мы в первую очередь основывались именно на советском опыте. И нам было важно снова вернуться к почти забытым сегодня гуманистическим идеалам, поговорить о любви, об искренности и о том, что человеку нужно быть добрым и чутким.

– Как вам кажется, не хватает таких фильмов сегодня?

– Мне не хватает. И зрителю не хватает, я уверен. Когда я вижу график релизов, я понимаю, что существует колоссальный дефицит семейного кино, кино для детей, детско-юношеского кино – называйте эту категорию как угодно, но их действительно мало. Если наскребем в год пять-шесть, будет замечательно!

– Тем не менее, многие кинематографисты говорят о том, что детское игровое кино давно умерло и возрождать его бесполезно. Оно нерентабельно в экономическом плане, поэтому есть смысл снимать только семейные фильмы.

– Мне всегда это странно слышать. Я до сих пор не могу понять, чем детское кино отличается от семейного и почему их противопоставляют. Но мне важно, чтобы в любом случае диалог шел не только от экрана к зрителю, но и продолжался потом в зрительской среде. В этом смысле интереснее снимать семейное кино, да. Потому что мне, как режиссеру и как продюсеру, хочется, чтобы после сеанса родители могли обсудить со своими детьми наш фильм, который они вместе смотрели. Например, понял ли ребенок, что главному герою (которого играет Ян Цапник) очень тяжело, что у него большие проблемы? И почему его восьмилетний сын Степка так себя ведет, что происходит у старшеклассников – у Артура с Катей...

– И Вы специально к этому стремились, думали об этом?

– Конечно.

– То есть, получается, что ваш фильм направлен на укрепление внутрисемейных связей…

– Да, мы делали кино для семьи и про семью.

– Филипп, а почему спорт? Я понимаю, что в нашем кино спортивная тема сейчас считается очень перспективной, тем не менее, спортивных фильмов в рамках семейного кино практически нет. То же «Движение вверх» рассчитано на немного другую аудиторию, на контингент более взрослый...

– Не соглашусь. Я «Движение вверх» смотрел вместе с сыном, которому восемь лет. И он настолько был затянут в происходящее, что, когда дело дошло до заветных трех секунд, сын вскочил с места и стал кричать: «Ну, пожалуйста!!!». То есть ему было нужно, чтобы наши спортсмены забросили трехочковый и победили. Поэтому для меня «Движение вверх» – это фильм как раз для семейной аудитории.

Что же касается вопроса «почему про спорт», то тут все просто. Мне кажется, что для каждого из нас спорт очень важен. Я сам раньше занимался спортом, Максим Зыков (сорежиссер) – тоже. Со спортом были связаны наши актеры: Ян Цапник, Юрий Стоянов, Владимир Сычев, Тагир Мегшин, Ксения Золотова и Макар Абрютин. Да и вообще, спорт – это основа. Без него человеку сложно понять, кто он такой. Когда я был в седьмом или восьмом классе, моя школьная учительница по физкультуре, Валентина Тимофеевна Краснянская, сказала мне: «Филипп, когда у тебя появятся свои дети, и тебе будет важно узнать, какое место они занимают среди ровесников, как себя ведут и так далее. Тогда приди на их урок физкультуры – и сам все увидишь». И это верно, потому что спорт, во-первых, помогает проявиться характеру, а, во-вторых, как бы банально это ни звучало, действительно закаляет. Так что популяризировать его очень важно.

– Но почему для фильма вы выбрали именно самбо и конный спорт?

– Конный спорт невероятно красив. И невероятно кинематографичен: он про свободу, про любовь, про движение не только вверх, но и вперед. Одновременно с этим он довольно доступен...

– Ой, я бы не назвала его самым доступным видом из всех...

– Тем не менее, он доступен. Когда мы общались с ФКСР (Федерация Конного Спорта России) и с конно-спортивным клубами, нам всегда говорили, что если человек приходит на конюшню и начинает помогать ухаживать за лошадьми, ему всегда дадут возможность заниматься. То есть, было бы желание…

А самбо – это наш национальный вид спорта, которым мы очень гордимся. В стране сейчас почти 800 школ и секций, соревнования разных уровней проводятся во всех регионах. И важно все это не потерять, ведь система образования недавно сменилась, и теперь большинство современных школьников не в состоянии сделать даже простой кувырок.

– Филипп, «Команду мечты» вы не только снимали, но и продюсировали. А кто вы больше по природе своей: режиссер или продюсер?

– Знаете, это разделить очень сложно. И принципиальной разницы я для себя не вижу. Я считаю, что я рассказчик, что я рассказываю историю, так что какая разница, кто я.

– Продюсер – это тоже рассказчик?

– Продюсер сегодня не только рассказчик, он создатель истории. Если мы говорим про зрительское кино, то именно продюсер формирует идею, набирает команду и находится с проектом от начала и до конца. Очень часто режиссер в таком случае получает уже готовый сценарий, проводит кастинг (или утверждает актеров, которых ему предложили), идет на съемочную площадку, отрабатывает свои смены – и все. Дальше уже работает режиссер монтажа. Так что сегодня рассказчиком и создателем картины является именно продюсер – и я не вижу в этом ничего плохого. И никакой проблемы или внутреннего конфликта не вижу тоже. У нас возникла идея, мы ее разработали, нашли финансирование, нашли партнеров, сделали кино и теперь широким прокатом идем к зрителю.

– То есть ваш внутренний продюсер и внутренний режиссер никогда друг с другом не спорят?

– Да они же делают одно дело…

– Филипп, я бы вот еще о чем хотела спросить. Одна из сюжетных линий «Команды мечты» схожа с сюжетной завязкой американского сериала «Брокмайр», в котором известный комментатор дает волю чувствам в прямом эфире, после чего бедолагу увольняют с волчьим билетом. Этот ситком как-нибудь на ваш проект повлиял?

– Спасибо большое, но я, к сожалению, этот ситком не видел. Даже интересно стало. А что касается завязки, то это трудно назвать совпадением, скорее всего – закономерностью. Многие фильмы начинаются с того, что главный герой совершает необдуманный поступок, за который приходится расплачиваться и благодаря которому он постепенно меняется. Почти любой фильм построен по этой драматургической схеме. Но для меня было важным, чтобы сюжетная конструкция нашего фильма отличалась от сложившихся штампов. И очень надеюсь, что зрителю это понравится, и он будет нам благодарен.

– Тогда давайте немного сменим тему. Я знаю, что вы занялись продюсированием якутского кино. Но почему?

– Мне кажется, что регионы – и не только Якутия, но и Татарстан, Башкортостан, Бурятия, Мурманская область – это регионы с потенциально очень сильными кинематографиями. Они сейчас активно развиваются, и способны дать нам новые кадры, новые идеи и новую энергию для развития всего российского кино. Я знаю, что кое-кто до сих пор относится к региональным кинематографистам как к любителям, но я уверен, что через пару лет такого уже не будет. Что же касается нашего фильма, то он называется «Джулуур: мас-рестлинг». И снимает его якутский режиссер Валентин Макаров, снявший «Кэрэл» – очень успешный проект, который до этого года в Якутии был самым кассовым за всю историю.

– Я тоже согласна с тем, что региональное кино должно развиваться, тем не менее, пока говорить всерьез можно лишь о «якутском чуде». А вот татарского, бурятского и чувашского чуда как не было, так и нет. Более того: я разговаривала с ребятами-режиссерами из этих регионов, и все говорят, что у них снимается в лучшем случае по полтора фильма в год…

– Не все сразу. Якутский кинематограф сегодня в лидерах, потому что сразу после распада Советского Союза Республика Саха открыла собственную киностудию «Саха фильм» и начала активно ее поддерживать. Местных ребят отправляли учиться во ВГИК, они возвращались, снимали свои первые фильмы. Более молодые на этих фильмах стажировались – и тоже потом брались за свои проекты. За ними пришло уже третье поколение – и вот сейчас, спустя тридцать лет якутское кино представляет Россию на Берлинском фестивале и берет Гран-При на ММКФ. Наверное, это говорит о многом. Так что сегодня разговоры о якутском кинематографе как о кустарной любительщине уже неуместны. Но в других республиках этот процесс начался всего пять-шесть лет назад, в крайнем случае, десять. Так что подождите немного – и лет через пять все изменится.

– То есть дело просто во времени?

– Исключительно.

– А правда, что якутские фильмы почти всегда окупаются?

– Правда. Если периодически заходить в систему ЕАИС, которая ведет подсчет кассовых сборов, то иногда в топ-десять можно увидеть какую-нибудь якутскую картину. Причем, она может оказаться на пятой или даже на четвертой строке. И это невероятно! Потому что в своих одиннадцати (!) кинотеатрах якуты умудряются сделать выручку, которая входит в лучшую десятку страны. То есть в Якутии всего одиннадцать кинотеатров, пять-шесть творческих коллективов и фильмы снимаются за полтора-два миллиона рублей. А собирают такие проекты в прокате до пятнадцати миллионов (окупаемость посчитаете сами). И это помогает им дальше и дальше снимать. К тому же не так давно Айсен Сергеевич Николаев, новый глава Республики, подписал указ, по которому Якутия до 80-ти миллионов рублей в год будет тратить на создание и продвижение якутского кино.

– Российскому кино подобная окупаемость не грозит? У нас пока окупается примерно один фильм из десяти…

– Я очень надеюсь, что это изменится. Если посмотреть на динамику, то здесь все не так уж и плохо: количество окупившихся российских фильмов с каждым годом растет. Хотя процесс этот длительный. Тут же еще очень много зависит от нас, от кинематографистов: что именно мы аудитории предлагаем, какой контент делаем. Но вера зрителей в российское кино не просто возвращается – она становится крепче. И сейчас все больше людей, отправляясь в кинотеатры, в первую очередь спрашивают, что из российских новинок идет в прокате. И это, как мне кажется, здорово.

– Филипп, а как вам кажется, в чем основная трудность, с которой сталкиваются наши кинематографисты сегодня? Денег не хватает, индустрия не развита, время не подходящее для кино?

– Мне кажется, что с технической точки зрения наше кино находится на очень высоком уровне. У нас потрясающий операторский цех…

– Который мы умудрились не профукать с советских времен?

– Думаю, что с того времени появилась уже новая школа: сегодня наши операторы уезжают работать в Голливуд, а потом возвращаются в качестве режиссеров. Отличный пример – Роман Васьянов, он скоро представит свой режиссерский дебют. Так что операторская школа у нас одна из сильнейших. Плюс у нас делается потрясающая компьютерная графика, есть боги звукорежиссуры, композиторы замечательные. А актеры вообще одни из лучших в мире – никто не будет с этим спорить. Остается режиссура и сценарная группа. И вот к этим категориям пока самый большой вопрос. Очень сложно найти достойный материал, неординарный сценарий, необычного режиссера. По все стране проводятся питчинги, отбираются лучшие кадры, ищутся лучшие дебютанты. Но найти нужного тебе сценариста или режиссера получается далеко не всегда. Тем не менее, у некоторых получается.

– У вас получилось?

– Я верю, что у «Команды мечты» впереди замечательная судьба. Я не хотел снимать этот проект по принципу «выйдем в прокат, отобьем бюджет за две-три недели и начнем двигаться дальше». Мне бы хотелось, чтобы фильм жил долго: чтобы его помнили, чтобы его показывали в online кинотеатрах, пересматривали по ТВ. Думаю, вся команда нашего фильма в это верит. И пусть именно так и будет…

Вера Аленушкина

Фильм «Команда мечты» в прокате с 29 августа
Подпишитесь на наш телеграм-канал, чтобы всегда быть в самом центре культурной жизни
Хоровая феерия